Как боксер на ринге, я с самим собой,
А вокруг натянутые нервы,
Тот, который справа, еще рвется в бой,
Понимая, что не будет первым.
А который слева, — он не джентльмен,
Он подлец по жизни — бьет без правил,
Черная душа, не лирик, не спортсмен,
Бог-судья смолчал и не поправил.
Справа ангел чистый, он хранит меня,
Душу мне от скверны сберегает,
Но борьбой измотан, и день ото дня
Его силы, как сугробы, тают.
А лукавый слева, он, коварный бес,
Совращает к подлости, порокам,
Он сначала в ухо, потом внутрь влез,
Испоганив душу ненароком.
Он меня толкает на ужасный путь,
Шепчет гнусь, мерзавец, и смеется,
Он почти что Я, сжимает сердце жуть,
Страшно думать, если он дорвется.
Он уже почти что влез на пьедестал,
Тот, что справа, в гроги пребывает,
Бог-судья все видел, но свистеть не стал,
И лукавый душу обживает.
Этот спарринг длится уже много лет
За спиной моею бьются двое,
Плюй, не плюй, его приоритет
Ни молитвой, ни крестом не скроешь.
Как боксер на ринге, я с самим собой,
А вокруг натянутые нервы,
Тот, который справа, еще рвется в бой,
Зная, что уже не будет первым.
Рецензия